Lightweight taste: what does the astronauts daily menu consist of

All Media

On the ISS, they drink dry soup and exchange cottage cheese for steaks

Прощайте, крошки!
За стеклом — чайная церемония. Тихо, стерильно. В ловких женских руках сотрудниц Бирюлевского экспериментального завода чайные пакетики облачают в прозрачную упаковку будто бы с «ушами» — «непроливайку». Она же у космонавтов и стакан, и тарелка. Азу (тушеное мясо с овощами), например, едят так: с одной стороны упаковки делают надрез и заливают воду, как в воронку. Ждут, разминают содержимое пакета. Через 15 минут раскрывают противоположный край упаковки и можно есть — блюдо готово.

Сейчас в «непроливайку», сублимационную упаковку, помещают больше половины блюд из рациона космонавтов: супы, гарниры, вторые блюда, десерты, соки, кисели. Консервы составляют чуть меньше половины.

«Раньше было всё в тубах, но теперь отказываемся. 165 г весит туба, а сублимация — всего 50 г. На сэкономленный вес можно доставить больше воды, оборудования», — объясняет выгодность упаковки главный конструктор космического питания Виктор Добровольский. Впрочем, отказываться совсем от туб никто не собирается — для двух видов соуса, горчицы и меда упаковки лучше не придумать. Не прольется и дозировать удобно.

Как приготовить космический борщ?
Как приготовить космический борщ? Для начала сварить обыкновенный борщ на наваристом бульоне. Затем отнести блюдо в цех сублимационной сушки. Здесь борщ выливают на противень и отправляют в специальную установку. Двое суток блюдо в этой камере находится при температуре от минус 30 градусов до минус 50. Затем здесь создается вакуум и одновременно включается обогрев. Так идет процесс сушки. В результате жидкий борщ превращается в розовато-красный порошок. Захочешь съесть — добавь воды.

— Кристаллики льда в воду не превращаются, а испаряются. При этом клетка не разрушается, и все питательные свойства остаются — до 97%, — говорит Добровольский.

Ни капли мимо и ни крошки. Не зря космический хлеб, что может храниться целый год, нарезают как для лилипутов — размером всего 2 на 2,5 см. Размер имеет значение. Для безопасности.

«Маленькие буханочки на один укус, чтобы крошек не было. Иначе в невесомости попадут в дыхательные пути космонавтов, а этого допустить нельзя», — объясняет главный конструктор.

Специалисты, конечно, перестраховываются — космонавты уже и крошек не боятся. Смело заказывают вафельные торты.

«А как же крошки?» — беспокоятся технологи.

«А мы их пылесосом! Поймаем на ходу», — отвечают.

Творожная валюта
Норма питания на одного космонавта составляет 1 кг 600 г еды в сутки, или 3000 калорий. Основной рацион рассчитан на 16 дней. 16 разных супов, закусок, вторых блюд — весь цикл блюда практически не повторяются. Режим приема — четыре раза в день. Что ни название, то именины сердца и бальзам для желудка: язык говяжий в желе с оливками, грибы по-старорусски, фасоль по-болгарски, сорпа с лапшой... Технологи не унимаются — ищут рецепты в старых книгах, обращаются за вдохновением к национальным кухням. Итог — раз в 2–3 года добавляют еще 3–4 новых блюда. Из последних разработок — суп из чечевицы — и красной, и зеленой, а также щи из свежей капусты. Уже этим летом космонавты попробуют тыквенно-сырный суп, а технологи снова возьмутся за разработку паштетов.

Из всего разнообразия продуктов (более 300 наименований) самым любимым у экипажа много лет остается творог с орехами, практически «американская мечта». Никакой иронии — соседи по отсеку если не душу желали продать, то стейком точно жертвовали из своего рациона. А может, и двумя.

«Творог с орехами был как золото, валюта. На всё, что хочешь, раньше менялись. У наших всё больше фруктовые палочки из яблок и абрикос, сливы, вишни. У американцев — растворимые соки типа „Юппи“, барбекю, манго. Конечно, нашим тоже хотелось, вот и менялись», — рассказывает начальник отдела технического контроля Нина Бочкарева.

Бывало, американцам завидовали. Ведь у тех практически вся еда как из магазина. В яркой упаковке, с интересным вкусом. Когда-то у нас с американцами даже был совместный рацион. Половину они делают, половину — мы. Но в 2010-м кухня пошла врозь.

И тогда для наших космонавтов разработали дополнительный рацион — набор продуктов «из магазина», те, что доступны всем: шоколад, печенье, рыбные консервы, сушеное мясо, каши и многое другое. Только закупают такой товар не буквально в магазине или на рынке, а заказывают у конкретных производителей. Если продукт выдержит скачки температуры, положенные сроки хранения и многое другое, то можно смело включать в космический рацион. Получить заветную посылку можно семь раз в год вместе со свежими фруктами и овощами.

Кстати, сейчас у нас и заокеанских коллег есть возможность заказать дополнительные продукты друг у друга. Говорят, российские космонавты берут всё больше соки, индейку. Американцам же приглянулись наши супы, хвалят мясной рацион. Что конкретно заказывают — особо не распространяются, но известно: американский астронавт Кристина Кох заказала из нашего основного рациона четыре контейнера, Ник Хейг — два.

Но даже при такой демократии есть у нас свое сокровище, которое иностранным коллегам может только сниться, — черная осетровая икра.

«Американцы заказывают только то, что входит в основную часть. Икра, „черное золото“, из дополнительного рациона. Такого у них нет», — поясняет Нина Бочкарева.

Хранится недолго, съедают быстро — баночка деликатеса весит всего-то 15–20 г.

«Сейчас полетит Овчинин и возьмет икру на двоих — там же Кононенко. А еще повезет свежие овощи, яблоки из Краснодарского края. Мандарины, лимоны, грейпфруты. Отечественные производители поставляют маринованные огурцы, перец и помидоры, всевозможные овощные салаты», — говорит специалист.

НеВинный полет
Среди разнообразия наименований встречаются изысканные образцы. Вот, например, консерва астраханская «щука с вином и черносливом в томатном соусе». Алкоголь тоже можно?

«Нет, это больше для аромата, вино в чистом виде нельзя», — объясняет Виктор Добровольский. На Международной космической станции царит сухой закон. Днем с огнем не найти здесь и чего-то слишком острого или чересчур соленого, никакой газировки, дабы не раздражать желудок.

Одно время были проблемы с кофе — не нравился космонавтам вкус растворимого напитка.

«Покупали кофе у промышленников и рассыпали по пакетикам. Космонавты не оценили, часто жаловались. Говорили, что берут у американцев», — рассказывает начальник отдела космического питания НИИ пищеконцентратной промышленности и специальной пищевой технологии (филиал ФГБУН «ФИЦ питания и биотехнологии») Людмила Павлова. Для хорошего технолога звучит как минимум обидно. Пришлось самим разработать кофе с молоком — варят здесь же, на заводе.

Освоили омлет — классический и с брокколи, а вот блюдо с копченостями не прошло проверку на хранение. Как и овсяная каша.

«Овес, хлопья очень мало хранятся, а мы не добавляем никаких консервантов. Все длительные сроки, в течение которых хранятся наши продукты, достигнуты благодаря тщательной подборке сырья, технологическим приемам, — объясняет Павлова. — Впрочем, для овсянки придется сделать исключение. Потребуются консерванты-антиоксиданты, что-то не вредное. Я думаю, что это будет аскорбиновая кислота. Без этого не сможем обойтись».

В «Красной книге» космического рациона, увы, скоро окажется блюдо под названием «плов из судака» — запасы близки к нулю, закрылось предприятие, которое готовило сей деликатес в консервах. И вкус дальневосточного краба космонавты смогут припомнить только на Земле — невыгодно заводам расфасовывать его по небольшим 100-граммовым банкам. Впрочем, космонавты не в обиде — когда на выбор десятки блюд, уж как-нибудь без краба прожить можно.

Кононенко — баранину, Серовой — чай с молоком

Космонавт Сергей Прокопьев не может устоять перед «грибами по-старорусски». Олег Кононенко любит баранину и соус «Молдова». Алексей Овчинин прекрасно обходится без сладкого, делая исключение для меда. Сергей Волков обожает чернослив с орехами. Когда-то даже заказал целый контейнер всего из двух позиций: пол-ящика чая и столько же чернослива с орехами вприкуску.

К слову, о гендерных различиях. Меню для женщин и мужчин ничем не отличается, нагрузки одинаковые, говорит Виктор Добровольский, но потом вспоминает: женщины трепетнее относятся к своему рациону.

«Елена Олеговна Серова очень внимательно и скрупулезно подходила к подбору продуктов для формирования своего рациона», — говорит Виктор Добровольский.

Даже в космосе не изменяла земной привычке — каждый день пить чай с молоком. Технологи до сих пор удивляются, как она смешивала напиток в сублимированной упаковке.

Кстати, чем выше от Земли, тем причудливее вкусовые ощущения. Так, заказав еще на Земле сладкий чай, некоторые космонавты сладости совсем не ощущали и уже в следующий раз от этой затеи отказывались.

«Федерация» без радиации
Если Родина прикажет «надо», полетим на Луну хоть завтра. Продуктовые наборы все сроки выдержат. Отдельная тема — меню для нового корабля «Федерация», что заменит привычные «Союзы». Еще решается вопрос с названием, уточняются сроки начала летных испытаний, а работа над рационом экипажа уже кипит.

«На этом корабле нельзя будет подогревать продукты, поэтому можно использовать консервированную продукцию, которая не требует подогрева, и сублимацию. Объем рациона ограниченный, поэтому в основном он будет состоять из сублимированных продуктов. Но главная задача — в рацион должны входить продукты, которые обладают радиопротекторными свойствами», — говорит Людмила Павлова.

Защитят от радиации продукты с полноценным животным белком: говядина, курица, творог, сыр. Обязательно в рацион включат продукты, содержащие пищевые волокна: фрукты и фруктовые палочки, овощи, икра баклажанная, икра кабачковая, каши. Не сможет обойтись экипаж и без витаминов-антиоксидантов — бета-каротина (провитамин А), витаминов С и Е.

А вот к марсианским же хроникам, увы, мы пока не готовы.

«На Луну несколько суток лететь, но на Марс — около года и столько же назад. И еще там полгода. То есть срок хранения продукта должен быть 2,5 года. У нас сейчас требования для рациона около года. Надо нарабатывать продукты со сроком действия до трех лет, включить естественные добавки, не искусственные, которые бы удлиняли срок. Чтобы не было окисления жира, никакой микроб не попал. Для Луны еще сможем, а для Марса часть продуктов уже есть, а остальные надо нарабатывать», — замечает Виктор Добровольский.

От самозванцев слышим

Для тех, кто в космос еще не полетел, но желает побаловать себя чем-нибудь эдаким из рациона космонавтов, завод разработал аналогичное космическое питание. Рецептура один в один как у покорителей звездного неба, и требования по микробиологии соблюдены. Форма продажи — туба. Просто потому, что такую упаковку удобно доставать из автомата. Но конкурент не дремлет — столкнулись с ушлыми дельцами. Это при том, что конкуренции на рынке, по сути, нет — именно ФГУП «Бирюлевский экспериментальный завод» производит для космонавтов всю пищу, кроме сыра, хлеба и рыбы.

«Никакого отношения к космосу эти люди не имеют. Поставляют такие продукты, которых нет в питании космонавтов, — Людмила Павлова вертит в руках чужеродный тюбик. — „Крем-суп грибной“. Нет у нас такого! И не было».

Рассуждаем, откуда может быть утечка. Выясняется, что когда-то экспериментальный завод составлял единое целое еще с одним научным институтом. Впоследствии учреждение отделилось и отошло от дел космических. Возможно, какие-то рецепты у них и раздобыли бизнесмены.

«Поскольку тубы — это консервы, они проходят стерилизацию. Убиваются все микробы, а продукт еще раз прогревается. Делают ли так же те „халявщики“? Не знаем», — пожимает плечами Виктор Добровольский. Так что стоит тысячу раз подумать, брать ли кота в мешке, точнее, крем-суп в тубе.